Чем живет современный рыболов

668

«Шаланды, полные кефали…» – поется в песне про Костю-моряка. Так ли легко рыболовам заниматься рыбным промыслом? В чем его отличия от торгового флота? Моторист Руслан Бежинар рассказал о своем опыте работы на рыболовном судне MariGolds в открытых водах.

С чего начинается рыбак?

«Грешно жить в Одессе и не связать себя с морем», – начинает свой рассказ Руслан. Море манило, поэтому после школы он сразу определился с выбором профессии. Пошел учиться на судомеханика в Одесский национальный морской университет. Практику проходил в Черноморском порту на маленьком рыболовном судне. После сразу стал вопрос о трудоустройстве. Вопрос этот извечен – где взять опыт, если все его же и требуют? Руслан решил продолжить свой путь в рыболовной сфере. Считается, что в этой отрасли судоходства требования к морякам не такие высокие. Как оказалось, это очень спорный вопрос.

Следующие несколько месяцев Руслан отработал на украинском траулере MariGolds от компании ООО «Созвездие Южная Корона» с портом регистрации в городе Черноморск.

«Если идешь на рыболовное судно, готовься к тому, что полгода пробултыхаешься в море без заходов на берег», – улыбается моторист. В то время как Руслан прибыл в Чили на судно в качестве моториста, произошло сразу несколько инцидентов. В Чили разгорелась забастовка на таможне, и экипаж долго ждал некоторые недостающие запчасти для механизмов, в это же время списался третий механик. Но, как говорится, свято место пусто не бывает. Острую проблему решили просто: мотористу Бежинару временно пришлось взять на себя обязанности третьего механика, с которыми он прекрасно справился.

Начав свой путь из Чили, судно MariGolds прошло Магелланов пролив и направилось к северу.

image-0-02-04-85cd9d7843962c4141bc7176ed9343cc99475b1d0c4e92e29e60ad2d7e9a4267-V«Мы получили информацию о большом количестве льдов, движущихся от Антарктиды, поэтому вышли в Тихий океан, – вспоминает Руслан. – Воды были, мягко говоря, неспокойными, так что атеистов на судне резко поубавилось».

Ручная работа

На небольшом судне, 54 метра длиной, теснилось 40 членов смешанного экипажа. Для сравнения, контейнеровоз, длинной 200 метров, требует 26 членов для полного экипажа. Общая площадь судна настолько стеснена, что тренажерный зал экипаж оборудовал прямо на верхней палубе под открытым небом. Сами «наварили» спортивные снаряды, набили боксерскую грушу.

Дополнительных рабочих мест и межпалубного пространства требует разделочный цех, который оборудован разделочными столами, резервуарами для удаления голов и внутренностей рыбы, а также рефрижераторами для свежей заморозки. Все операции с рыбой выполняются вручную.

 «Помимо своих обязанностей моториста, я также занимался разделкой рыбы в цеху, – рассказывает Руслан. – Перед тем, как зайти на рабочее место, обязательно нужно пройти этапы дезинфекции. Для этого у входа в цех расположено проходное помещение, где хранятся специальные дезинфицирующие растворы. После того, как разделали рыбу, мы ее мыли и всячески готовили для продажи, потом клали уже готовый продукт в шкафы шоковой заморозки, где он хранился при температуре -40».

image-0-02-04-d3e9f56b7ddae3af5cce0ab9d809cbe9317876dd79e0e54a1b0f69a7cf48b069-VНа MariGolds ловили хищного клыкача. Такая рыба «ходит в одиночку», поэтому огромного улова за один «присест» ожидать не стоило. Кстати, в Корее клыкач стоит 70 долларов за килограмм. Выловленная экипажем рыба, по словам Руслана, весит больше 100 кг в одной тушке. Голову ей отсекают пилой.

На рыболовецком судне

Специфика работы на рыболовном судне настолько своеобразна и отличается от работы на торговом флоте, что хватит на целую серию учебников. Только здесь вы встретите одновременно двух капитанов на мостике. Кроме общепринятого, которому нужно доставить судно из пункта А в пункт Б, есть еще fishmaster, опытный специалист, «глаза и уши» судна, он направляет команду на самые «злачные» места для ловли рыбы.

Среди членов экипажа также обязан присутствовать технолог, в обязанности которого входит следить за правильной обработкой рыбы на всех этапах вплоть до продажи.

Также на судне MariGolds присутствовали два независимых наблюдателя. Однако следили они не за качеством работы, прежде всего этих исследователей интересовала рыба. Они брали головной мозг на экспертизу, проводили опыты, наблюдали за популяцией и миграцией.

Любой вылов даров моря должен быть строго регламентирован. Вылов клыкача, как и любую деятельность в водах близ Антарктического материка, контролирует Комиссия по сохранению морских живых ресурсов Антарктики (АНТКОМ). Организация предоставляет квоту на вылов определенного количества рыбы. Судно должно покинуть воды, контролируемые АНТКОМ, после того, как покроет квоту.

Свою квоту в море Росса MariGold выловило приблизительно за две недели. После этого шло почти по прибрежной линии вдоль материка. Лед в то время отошел, воды были свободными и можно было спокойно пройти часть Южного океана. Далее судно продолжило ловлю в тех регионах, на которые не распространялась квота.

А что же вне работы?

– Что там вокруг? Вода?

– Вода.

Больше пяти месяцев экипаж MariGolds провел вдалеке от цивилизации. Конечно, моряки пытались как-то себя занять. Соорудили тренажерный зал, смотрели кино, куда ж без этого. «Месяцами не заходить в порт – это тяжело морально», – говорит Руслан. Ради развлечения члены экипажа собственноручно сделали краболовки и вытаскивали из воды мелких крабов. В обычные рабочие будни готовили рыбу из прилова, так что повар не заморачивал себе голову, что приготовить на завтрак, обед и ужин. Чаще всего рыбакам в тарелке попадался макрурус – не очень привлекательная на вид рыба, зато очень вкусная.

«Уйти в рейс не всегда просто, поэтому у меня много увлечений на суше», – рассказывает моряк. Наш герой увлекается волейболом, водным поло, более того, три года занимался яхтингом в Одессе. В перерывах между рейсами умелец Руслан Бежинар подрабатывал помощником декоратора на свадьбах, а также домашним мастером. Для судомеханика всегда найдется работа на берегу. А если у механика руки «не простые, а золотые», то и сфера труда ограничится лишь фантазией.

Кому на «рыбаках» жить хорошо?

«Рыбаку почти невозможно попасть в торговый флот, – говорит герой нашей публикации. – Судовладельцев можно понять: вакансию надежней отдать тому, у кого есть определенный опыт в нужной отрасли. Знания, которые я получил на «рыбаке», оказались бесценными. Надеюсь, они помогут мне в будущем карьерном продвижении. Если у меня появится шанс попасть на торговый флот – обязательно им воспользуюсь. Все-таки работа в машинном отделении на рыболовном судне не подразумевает решения тяжелых задач. Оптимальная скорость (не более 11 узлов), оптимальный расход топлива – и все. Конечно, со временем хочется чего-то интереснее».

Репутация рыбаков в морской индустрии нуждается в реабилитации, – считает Руслан. В морском сообществе злые языки поговаривают, что рыбаки и алкоголь – дело взаимосвязанное. На практике получается другая картина.

«Не могу говорить за всех, но наше судно на Новый год компания снабдила безалкогольным пивом. Во время стоянки в Чили на борту мы были не позже 23 часов ночи и в трезвом состоянии. В противном случае получили бы штраф от капитана. Три таких предупреждения – и домой. Могу уверенно заявить, что с дисциплиной на моем рыболовном судне было все в порядке».

На сегодняшний день Руслан Бежинар вынужден вести «сухопутный» образ жизни, но, как и любой моряк, с нетерпением ждет возможности снова выйти в открытый океан. На вопрос, когда он готов лететь в свой следующий рейс, он отвечает: «Хоть завтра!». Все-таки выгодные и перспективные контракты – редкий зверь на морском рынке труда, особенно для соискателя, желающего сменить отрасль.Однако хорошему специалисту – море по колено, пожелаем удачи Руслану Бежинару, на какое бы судно не забросила его морская жизнь!